Дмитрий Швец

    (Поэзия саркастическо-ироническая: причиняет
    добро и наносит пользу...)

    О гениальности
    Есть гении. Им многое подвластно
    Все, что от них исходит – ярко и прекрасно:
    Изящный кисти завиток и безупречность мысли ясной
    В крови рождают свежий ток и дразнят легкостью опасной.

    Еще чуть-чуть – и сам, почти что гений,
    Времен провидец и спаситель поколений,
    Твой дух всесилен и высок, а мысль чужда ограничений...
    И долго-долго трешь висок в надежде тщетной откровений.

    Ах, мама с папой! Вас не виновачу,
    Что я не Пушкин, не Энштейн и не Бокаччо.
    И даже близко не Гоген. Не Шварценеггер, не Версаче.
    Ну не пришелся ген на ген. А я, как вдите, не плачу.

    К тому ж вчера, предмет моих влечений,
    Шепнула мне в порыве нежных откровений,
    Когда я честно отпахал и стих, как буря после рвений,
    «О-о-о! Ты был выше всех похвал!»...
                            ...и я смирился, что не гений...



    Ответ дворняжки Зевелёву Сашке.





    Мне б не хотелось быть псом-чемпионом,
    Груду медалей на шее таскать.
    Делать прическу в шикарных салонах,
    А самому ничего не чесать.
            
    Я  не хочу быть породистой сукой
    И на дому кобелей принимать.
    Бедных щенков, что рожала я в муках,
    Вам продавать, продавать, продавать...

    Лучше остаться просто дворняжкой.
    Жизнь напролет кости грызть и гулять.
    Там, где приспичит, оставить какашку
    И поливать, поливать, поливать...

    Вот Зевелёвым я стала бы Сашкой:
    Бардом великим себя представлять,
    Тихо залечь на диване с рюмашкой
    И ни о чем уже не размышлять


    Пожар.

    Люблю тебя не вдруг.
    Мне мир твой интересен.
    И сердца лёгкий стук
    Чужих дороже песен.

    Коль запылал чердак,
    Считай, пропало зданье,
    И любящий чудак
    Потомкам - назиданье.

    Сердца сгорят дотла.
    Пожарные укатят.
    Теперь мети, метла,
    Тебе работы хватит.

    О, боже, где ты есть,
    Вверху, внизу или между,
    Подай благую весть,
    Не загаси надежду.

    Гори, гори, гори,
    Пожар моей зари.
    Пока поём и дышим

    редь бед людских и катастроф –
    Хоть пару строк, хоть пару строф,
    Где радость – изо всех прорех,
    Где терпок грог и сладок грех.

    Вот этот мир – пускай на миг,-
    Где, если крик, то первый крик
    Дитя, пришедшего на свет,
    В котором горя больше нет.

    Где смех – не боль – причина слёз,
    Где тот, кто добрый, тот и крёз,
    Кто не убийца, тот герой,
    И все за слабого горой.

    Ах, как прекрасен этот миф!
    Пускай на час. Пускай на миг...
    Я эту глупую строку
    Для умных внуков сберегу.
Дворняжка
«...Мне бы хотелось быть просто
дворняжкой,
Спать на диване и косточки грызть.
Просто дворняжкой по имени Сашка,
Жизнь напролёт размышляя за жисть».
                             А.Зевелёв


    Наивно-мазохистская

    Я совсем ослаб.
    Я почти ослеп.
    Мне сейчас осла б --
    Ехал на осле б.

    То-то был бы шик.
    Стал бы скорый шаг.
    Если дело  -  пшик,
    Выручит ишак.

    Пища - неба синь,
    А питьё - роса.
    Боже, мне бы сил,
    Остальное - сам.

    Карма - ночи боль.
    Утро - снова жизнь.
    Кама - мой пароль.
    Сутра - мой девиз.

    Зной пустыни зол.
    Я, увы, избрал
    Худшее из зол,
    Меньшее из благ.

    Пусть не вижу троп.
    Ноги в кровь сотру, -
    Иль взойду на трон,
    Или стану - труп.


    Песенка начинающего самоубийцы.

    С моря дует лёгкий бриз,
    Гладит волосы.
    И глядят на кипарис
    Гладиолусы.

    Я по кромочке иду
    Моря Чёрного.
    Я с ума себя сведу
    Обречённого.

    Разменяла ты меня
    На копеечки.
    Подолью в стакан вина:
    -- На-ка, пей ещё.

    А внутри у самого
    Нервы - рельсами.
    Прёт на красный семафор
    Поезд ревности.

    Научи меня скорей
    Неучёного,
    Как забросить свой скелет
    В море Чёрное.

    Отыщи в рассоле дна
    Полусонного.
    Может влюбишься в меня,
    Малосольного.

    Сан Франциско.

    Туман над городом. Туман...
    А он прекрасен и в тумане.
    Его красой столетье пьян,
    Мне шепчет Тихий океан:
    "Люби его. Он не обманет".

    Люби, ветра его, люби,
    Вечнозелёную прохладу.
    О прошлой жизни не скорби,
    Лишь помяни и отруби.
    Другой земли уже не надо.

    Люби ночей его огни
    И языков разноголосье.
    Он - доброты живой родник,
    И, кто душой к нему приник,
    Он никогда в беде не бросит".

    Рассвет. Ещё один рассвет.
    Алеет небо над заливом.
    Погладь холодный парапет.
    И ничего иного нет,
    Как научиться быть счастливым.

    Романс.

    Не говори, что ты не любишь осень,
    Потухших глаз, разбитых фонарей, -
    Преддверье начих чувственных эрозий,
    Предчувствие задраенных дверей.

    Не говри, что ты не любишь осень,
    Где поздно ждать, где проще – не хотеть,
    Где зябнет всё, чему затем замёрзнуть,
    И всё летит, что может улететь.

    Но... Выйди в сад. Ему пока не спится.
    Рябины куст... Он всё ещё горит.
    Пусть улетят изнеженные птицы,
    К нам скоро в гости грянут снегири.

    Не говори, что ты не любишь осень.
    В ней свой мотив, понятный лишь двоим.
    Давай друг дурга никогда не бросим,
    Друг друга никому не отдадим.

    Не говори, что ты не любишь осень...